Короленко Владимир Галактионович
(1896—1988)
Очерки
Публицистика
Главная arrow В дурном обществе

В дурном обществе

                        Из детских воспоминаний моего приятеля

      I. РАЗВАЛИНЫ

     Моя мать умерла,  когда мне было шесть лет. Отец, весь отдавшись своему горю,  как  будто совсем забыл о  моем  существовании.  Порой он  ласкал мою маленькую сестру и  по-своему заботился о  ней,  потому что в ней были черты матери. Я же рос, как дикое деревцо в поле,- никто не окружал меня особенною заботливостью, но никто и не стеснял моей свободы.
     Местечко,   где   мы   жили,   называлось  Княжье-Вено,   или,   проще, Княж-городок.  Оно принадлежало одному захудалому, но гордому польскому роду и  представляло все типические черты любого из  мелких городов Юго-западного края,  где,  среди тихо  струящейся жизни тяжелого труда и  мелко-суетливого еврейского гешефта,  доживают  свои  печальные дни  жалкие  останки  гордого панского величия.
     Если вы подъезжаете к местечку с востока,  вам прежде всего бросается в глаза тюрьма,  лучшее архитектурное украшение города. Самый город раскинулся внизу над сонными,  заплесневшими прудами, и к нему приходится спускаться по отлогому  шоссе,  загороженному  традиционною  "заставой".  Сонный  инвалид, порыжелая  на  солнце  фигура,  олицетворение  безмятежной  дремоты,  лениво поднимает шлагбаум,  и -  вы в городе,  хотя, быть может, не замечаете этого сразу. Серые заборы, пустыри с кучами всякого хлама понемногу перемежаются с подслеповатыми,  ушедшими в  землю  хатками.  Далее  широкая площадь зияет в разных   местах   темными  воротами  еврейских  "заезжих  домов",   казенные учреждения  наводят  уныние  своими  белыми  стенами  и   казарменно-ровными линиями.   Деревянный  мост,   перекинутый  через  узкую  речушку,  кряхтит, вздрагивая под  колесами,  и  шатается,  точно  дряхлый  старик.  За  мостом потянулась  еврейская  улица  с  магазинами,  лавками,  лавчонками,  столами евреев-менял, сидящих под зонтами на тротуарах, и с навесами калачниц. Вонь, грязь, кучи ребят, ползающих в уличной пыли. Но вот еще минута и - вы уже за городом.  Тихо шепчутся березы над могилами кладбища, да ветер волнует хлеба на  нивах  и  звенит  унылою,  бесконечною песней в  проволоках придорожного телеграфа.
     Речка,  через  которую перекинут упомянутый мост,  вытекала из  пруда и впадала в другой.  Таким образом, с севера и юга городок ограждался широкими водяными гладями и топями.  Пруды год от году мелели,  зарастали зеленью,  и высокие густые камыши волновались, как море, на громадных болотах. Посредине одного из  прудов находится остров.  На  острове -  старый,  полуразрушенный замок.
     Я  помню,  с  каким страхом я  смотрел всегда на  это величавое дряхлое здание.  О  нем ходили предания и рассказы один другого страшнее.  Говорили, что   остров  насыпан  искусственно,   руками  пленных  турок.   "На  костях человеческих стоит старое замчи'ще,-  передавали старожилы,  и  мое  детское испуганное  воображение  рисовало  под   землей  тысячи  турецких  скелетов, поддерживающих  костлявыми  руками  остров  с  его  высокими  пирамидальными тополями и старым замком.  От этого,  понятно, замок казался еще страшнее, и даже в ясные дни, когда, бывало, ободренные светом и громкими голосами птиц, мы подходили к нему поближе,  он нередко наводил на нас припадки панического ужаса,-  так  страшно глядели черные впадины давно  выбитых окон;  в  пустых залах  ходил таинственный шорох:  камешки и  штукатурка,  отрываясь,  падали вниз,  будя гулкое эхо,  и мы бежали без оглядки, а за нами долго еще стояли стук, и топот, и гоготанье.

Читать:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38

Фотогалерея

Korolenko 17
Korolenko 16
Korolenko 15
Korolenko 14
Korolenko 13

Статьи
















Читать также


Повести и Рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Знакомы ли Вы с творчеством Короленко?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту