Короленко Владимир Галактионович
(1896—1988)
Очерки
Публицистика

13

верила в окончательное поражение "царя" и, при всякой ссоре с торжествующей "старшинской партией" (а старуха, повидимому, была нрава строптивого), "говорила о самозванце для общества непристойное и богопротивное" и даже грозила новым его прибытием, "о чем якобы в то время славилось". Известно, наконец, что, вскоре по усмирении, начальство было встревожено появлением якобы вновь Пугачева, под именем Метлы или Заметайла. Но это оказался простой разбойник, жалкая пародия, в которой не было ничего, что бы могло действительно расшевелить усталое народное чувство.

            Таковы эти легенды, еще живые, но уже начинающие бледнеть в народной памяти на Урале. Мне они показались интересными. Все они отмечены глубокой верой в истинность царского достоинства Пугачева, и личность, которую они рисуют, очень далека от действительной и несомненной личности ничтожного Петра III. Казачий Петр Феодорович нимало не похож на немца (хотя в некоторых рассказах и упоминается, что он был немец). Бурный, легкомысленный, несдержанный, он оскорбляет Екатерину, законную жену, за что вынужден странствовать и нести наказание. Очищенный этим искупительным периодом, он остается таким же несдержанным в своей страстной жалости к народу и нарушает веление судьбы (или "старых писаний"), являясь ранее назначенного срока. Затем он опять дает волю страстной натуре и женится на Устинье. От этого дело его гибнет. И, однако, борьба с ним и особенно оскорбление его личности является оскорблением мистически суеверного народного представления об истинном царе, и главный виновник этого преступления несет должное наказание... Для Яика это было только роковое столкновение двух представителей власти, трагически разделившейся, но одинаково имевшей за себя большие основания... Царица победила благодаря тому, что пылкий царь нарушил веления рока...

            Да, этот образ был только тень гонимого царя. Но тень эта потрясла Россию... Степное марево, привидение -- и целый ряд завоеванных крепостей и выигранных сражений... Для этого недостаточно было чьего-нибудь адского коварства и крамолы. Для этого нужно было глубокое страдание и вера... И она была, правда, вся проникнутая невежеством и политическим суеверием, которые, к сожалению, долго еще жили в темных массах, как живут и теперь эти фантастические легенды на Урале.

           

            1901

      ПРИМЕЧАНИЯ

           

            Очерк написан осенью 1900 года и включен писателем в виде отдельной главы в очерки "У казаков", переданные для печати в журнал "Русское богатство". Когда очерки были уже набраны, автор забрал "Пугачевскую легенду" обратно, предполагая, возможно, использовать ее в повести "Набеглый царь", из эпохи пугачевского движения, над которой он тогда работал. Однако повесть эту Короленко не написал, и "Пугачевская легенда" при жизни писателя так и не была опубликована. Впервые она напечатана уже после его смерти, в 1922 году, в десятой книге журнала "Голос минувшего".

            По поводу "Пугачевской легенды" Короленко 26 октября 1900 года писал Н. Ф. Анненскому, что она "составляет лучшую и самую интересную главу из написанного до сих пор (речь идет об очерках "У казаков".-- Ред.). Материалом для нее послужили отчасти печатные работы казака Железнова,

 

Фотогалерея

Korolenko 17
Korolenko 16
Korolenko 15
Korolenko 14
Korolenko 13

Статьи
















Читать также


Повести и Рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Знакомы ли Вы с творчеством Короленко?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту