Короленко Владимир Галактионович
(1896—1988)
Очерки
Публицистика

19

русского обывателя встают черты душевной красоты и чувствуется психология самоотвержения, -- то тут есть повод задуматься о причинах этого угара... Общественная совесть не мирится, конечно, с экспроприациями. Но она не может примириться и с прямолинейным решением трудного вопроса посредством не рассуждающей "упрощённой" процедуры, в конце которой -- верёвка и виселица...

            Временная связь между экспроприациями и традициями политических партий, проявленная в бурном периоде движения, не могла удержаться долго. Она была вызвана неверной оценкой данного момента. По существу, как длительная тактика борьбы, она противна психологии революционных партий. Антагонизм проявился сразу и с тех пор только усиливался. Случайные идейно-революционные элементы уходили из отравляющей душу полосы, экспроприация всё больше приближалась к простому разбою, иногда в самых отвратительных и жестоких формах. Но для правительства и для вульгарной "благонамеренности" вообще выгодно смешивать эти явления. Репрессии против всех оппозиционных партий оправдываются существованием экспроприаций. Борьба мнений, партийное самоопределение, партийные споры и сталкивающиеся внутри оппозиций программы -- составляют в глазах всякого политически просвещённого правительства элемент социальной рефлексии, которая уже сама по себе ослабляет дикую страстность борьбы, обращая её от непосредственных импульсов в сферу мыслей, колебаний, сомнений, изучений. Свобода мнений выставляет самые крайние из них под свежие веяния критики. Наша власть продолжает считать своим успехом и признаком своей силы то обстоятельство, что ей удалось загнать работу оппозиционной мысли и воли в душные подполья, оставив на поверхности жизни одно только властное предписание, один только голос "организованного беспорядка" и стихийную анархию об руку с разбоем...

            В этом правительство достигло значительных внешних успехов. Одного только оно устранить не в силах, это -- общего, можно сказать, всенародного сознания, что так дальше жить нельзя. Сознание это властно царит над современной психологией. А так как самостоятельные попытки творческой мысли и деятельной борьбы общества за лучшее будущее всюду подавлены, то остаётся непоколебленным одно это голое отрицание. А это и есть психология анархии. Ни уважения к "отсталому строю", раз уже признавшему всенародно свою несостоятельность, ни самоуважения, как к членам организующегося по-новому общества... "Вы говорите о каких-то возможных ещё приёмах легальной или хоть не вполне легальной партийной борьбы. Где они? Вот. Только эти люди ещё борются при всяких условиях. Итак, долой социальную рефлексию, долой всякую организацию, всякие положительные программы и принципы. Мы принимаем только ясное, простое, очевидное: неорганизованное, не связанное никакими ограничениями выступление анархической личности. Насилие индивидуальное -- на насилие легализованное, тайное убийство -- против казни по упрощённому суду или совсем без суда, грабёж -- против разорения "административным порядком", личная кровавая месть -- против истязаний в участковом застенке, партизанская анархия -- против того, что цензор Никитенко назвал так метко "организованным беспорядком". Общий фон -- глубочайшее

 

Фотогалерея

Korolenko 17
Korolenko 16
Korolenko 15
Korolenko 14
Korolenko 13

Статьи
















Читать также


Повести и Рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Знакомы ли Вы с творчеством Короленко?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту