Короленко Владимир Галактионович
(1896—1988)
Очерки
Публицистика

133

и обычные деревенские закуски: курятина и яйца. За столом происходило обильное угощение: шестерининские бабы то и дело меняли самовары и подавали новые бутылки. В комнате было людно: кроме трех полицейских и хозяев, тут присутствовал староста (двоюродный братец хозяина, тоже Шестеринин) и двое десятских, которых потребовал урядник. Через некоторое время явились еще двое понятых, которых пригласили в середине вечера, и два подводчика {Фамилии "понятых": Митрофан Степанович Илюшин и Василий Филиппович Танин. Один из подводчиков -- Григорий Варламович Хохлов.}. Очевидно, господа полицейские и не думали облекать свои действия покровами какой бы то ни было тайны. Они были уверены и в себе, и в силе своей власти, и в своем "полном праве".

            Была еще третья изба, задняя. Окна в ней были тщательно занавешены.

            Прежде всего позвали предполагаемого свидетеля, Абрама Коноплянкина. Я сказал выше, что он -- дальний родственник Шестерининых. Предполагалось, что "по-родственному" он сразу же сделает всем удовольствие и подтвердит извет Кожина (который был тут же).

            Этот Абрам, рыжеватый парень с широким простодушным лицом, так передавал мне о своих "свидетельских показаниях":

            "Позвал меня десятский. Я пришел. В передней избе у Шестериввных встретил меня урядник и говорит добром: "Вот, Абрам, скажи, ты видал, что Григорий Чикалов уходил в ту ночь, как случилась кража?" -- "Нет, говорю, я этого не видал". Урядник вышел в среднюю комнату. Там чай пили. Поговорили что-то между собой. Потом зовут меня. Выходят урядник и два стражника из-за стола, губы обтирают. Урядник опять спрашивает: "Говори, Абрам, ты видал, что Григорий уходил?" -- "Никак нет, говорю, не видал". -- "А как же вот Кожин говорит, видел ты. Говори, Кожин: он видел?" Кожин говорит: "Видал. Он с нём спал вместе". -- "Нет, я говорю, я не с нём спал. Я на нижних нарах спал с Мироновым. Спросите у людей. Все знают".

            При виде такого "упорства" урядник размахнулся и ударил Абрама; потом принялись бить его втроем со стражниками. "Говори, что видал". -- "Я, говорю, не видал". Урядник -- опять по щеке. Я упал. Он меня давай ногами топтать. Встал с полу. Тут стражник один ткнул нагайкой в бок, черенок сломался. Потом давай раздевать меня. Я вижу, беда будет. Не дался раздевать, спутался. И говорю:- "Ну, видал. Уходил Григорий. А зачем уходил, не знаю. Может, до ветру". Меня отпустили. Сел я рядом с Кожиным. Сидим. Он ничего не говорит, и я ничего. Я весь избитый, морда в крови, болит все.

            Таким необыкновенно искусным и остроумным путем получено второе свидетельское показание против Григория Чикалова. Теперь, значит, против него уже -- ножницы, извет Кожина и показание Абрама. Позвали самого Григория. Его ввели прямо в среднюю избу и поставили перед всей компанией, у стола с самоваром и закусками.

            -- Ну, Григорий, говори: ты куда ходил в ту ночь, когда у них вот кража случилась?

            -- Да я никуда не ходил.

            -- А, ты отказываешься?

            Хвать Григория по лицу кулаком, и опять принялись бить втроем. Били уже не так, как Абрама, который как-никак Шестеринину родня. Григорий "не сознавался".

            -- Ну, веди его в заднюю комнату!

            То,

 

Фотогалерея

Korolenko 17
Korolenko 16
Korolenko 15
Korolenko 14
Korolenko 13

Статьи
















Читать также


Повести и Рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Знакомы ли Вы с творчеством Короленко?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту