Короленко Владимир Галактионович
(1896—1988)
Очерки
Публицистика

55

да в кустах  шевелилось что-то  белое  и порой  человек  бормотал  во  сне что-то печальное и сердитое, может быть, молитву, или жалобы, или проклятия.

        Ночь продолжала  тихий бег над  землей. Поплыли  в  высоком небе  белые облака,  совсем  похожие  на наши.  Луна закатилась  за деревья: становилось свежее,  и  как  будто  светлело. От земли  чувствовалась  сырость... Тут  с Матвеем случилось  небольшое происшествие, которого  он не забыл во всю свою последующую жизнь, и хотя он  не мог  считать  себя виноватым, но все же оно камнем лежало на его совести.

        Он  начинал дремать,  как вдруг  раздвинулись кусты, и какой-то человек остановился над ним, заглядывая в его ночное убежище.

        Час  был  серый,  сумеречный.  Матвей  плохо    видел  лицо  незнакомца. Впоследствии  ему припоминалось,  что лицо  было  бледно,  а  большие  глаза смотрели страдающе и грустно...

        Очевидно, это  был  тоже  ночной  бродяга,  какой-нибудь  несчастливец, которому, видно, не повезло в  этот день, а может, не везло уже много дней и теперь не было нескольких центов, чтобы заплатить за ночлег. Может быть, это был тоже человек без языка, какой-нибудь бедняга-итальянец, один из тех, что идут сюда целыми стадами из своей благословенной страны, бедные, темные, как и  наши, и с  такой же  тоской о покинутой родине, о родной беде, под родным небом... Один  из безработных, выкинутых этим огромным потоком, который лишь ненадолго затих  там,  в той стороне, где высились эти  каменные вавилонские башни  и  зарево  огней  тихо догорало,  как  будто  и  оно  засыпало  перед рассветом. Может быть, и этого человека грызла тоска; может быть, его уже не носили  ноги;  может быть, его сердце уже переполнилось  тоской одиночества; может быть, его просто томил голод, и он рад бы был куску хлеба, которым мог бы с ним поделиться Лозинский.  Может  быть, и он мог бы указать  лозищанину какой-нибудь выход...

        Может  быть... Мало  ли  что может быть! Может быть,  эти два  человека нашли бы  друг в друге братьев до конца своей жизни, если бы  они обменялись несколькими братскими словами  в эту  теплую, сумрачную,  тихую и  печальную ночь на чужбине...

        Но человек без языка шевельнулся на земле так, как  недавно шевельнулся ему навстречу волк в своей  клетке. Он  подумал,  что это тот, чей  голос он слышал  недавно, такой резкий и враждебный. А если и не тот самый, то, может быть, садовый сторож, который прогонит его отсюда...

        Он  поднял  голову с  враждой на  душе,  и  четыре  человеческих  глаза встретились с выражением недоверия и испуга...

        --  Джермен?  -- спросил незнакомец глухим  голосом. -- Френч? Тэдеско, итальяно?.. (германец? француз? итальянец?)

        -- Что  тебе  нужно -- ответил  Матвей.  --  Неужели и  здесь  не  дашь человеку минутку покоя?..

        Они еще  обменялись несколькими фразами. Голоса обоих звучали сердито и враждебно...

        Незнакомец тихо выпустил ветку, кусты сдвинулись, и он исчез.

        Он исчез, и  шаги его  стали  стихать... Матвей  быстро  приподнялся на локте  с  каким-то  испугом.  "Уходит, --  подумал  он.  --  А  что же будет дальше..." И ему захотелось вернуть этого человека. Но потом он подумал, что вернуть нельзя, да и незачем.

 

Фотогалерея

Korolenko 17
Korolenko 16
Korolenko 15
Korolenko 14
Korolenko 13

Статьи
















Читать также


Повести и Рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Знакомы ли Вы с творчеством Короленко?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту