Короленко Владимир Галактионович
(1896—1988)
Очерки
Публицистика

13

исполнено.

            -- Ген. Бобриков ошибается, закон...

            -- Что вы мне говорите о законе... Ген. Бобриков знает.

            -- Я думаю, ген. Бобриков -- не начальник Главно­го управления по делам печати.

            -- Он -- генерал-губернатор Финляндии!

            -- "Русское богатство" издается не в Финляндии, а в России. Я не обязан считаться с мнением ген. Бобрико­ва. Я знаю Главное управление по делам печати, а Главное управление руководствуется русскими законами.

            -- [...] Повторяю вам: такого закона нет.

            -- Он есть, и я вам пришлю точную справку из пер­воисточников...

            {28} -- Мне некогда ждать ваших справок. Завтра я де­лаю доклад министру,-- и вы увидите последствия ва­шего упорства...

            -- Т. е. вы говорите мне, что примете строгие меры, не выслушав нашего объяснения...

            -- Я не принимаю мер. Я только докладываю ми­нистру.

            -- Это все равно. Ваш доклад будет односторонним, основываясь на явно ошибочном утверждении ген. Бобрикова. Нам ничего не стоит опровергнуть его, но если вы предпочитаете не выслушивать обвиняемую сторо­ну,-- мне больше говорить не о чем. Мы -- не литератур­ные торгаши, примем последствия, но неправды писать не станем.

            По-видимому, последнее заявление произвело на Со­ловьева некоторое впечатление.

            -- Пришлите ваше объяснение, только мне некогда ждать. Нужно сегодня. Завтра доклад. Я живу на Кара­ванной, N 9" (Дневник, т. IV, стр. 141-146. Запись от 9-12 апреля 1899 г.).

            В тот же день отец с Н. Ф. Анненским составили письмо с точной ссылкой на закон, подтверждающий данные статьи, а через два дня, 9 апреля, отец отпра­вился к председателю Цензурного комитета

            кн. Шаховскому.

            "Он был крайне поражен и рассержен:

            -- Мы ничего не знаем... Ведутся переговоры, гото­вится доклад министру, а у Цензурного комитета даже не спросили мнения... Что они там солят и варят, просто непостижимо. Я переговорю с М. П. Соловьевым.

            10-го я получил очень вежливую бумагу, приглашаю­щую меня в Цензурный комитет к 4 часам. В 4 ч. 20 ми­нут князь Шаховской пришел прямо из Главного {29} управления и, пригласив меня в свой кабинет, сообщил, что все миновало.

            -- Вчера он долго настаивал, но, впрочем, сказал, что "Короленко хотел прислать справку и объясне­ние"... Я читал ваше письмо. Совершенно очевидно, что ген. Бобриков ошибается. Нельзя же заставлять людей от себя писать явную неправду...

            Я поблагодарил кн. Шаховского и поехал сообщить встревоженным товарищам о том, что гроза миновала. Это, кажется, если не первый, то во всяком случае весь­ма редкий случай, когда редакция имела возможность представить объяснение прежде, чем ей назначена кара. И этого едва ли можно было добиться настойчивыми требованиями. Я уже отмечал много случаев, когда га­зеты приостанавливались и лишь после этого оказыва­лось, что причина суровой кары -- чистое недоразуме­ние или сознательная ложь доносивших..." (Дневник, т. IV, стр. 145-146. Запись от 9-12 апреля 1899 г. ).

            Из архивного дела Главного управления по делам печати явствует, что Соловьев отослал в Финляндию ге­нерал-губернатору Бобрикову справку, представленную редактором "Русского богатства",

 

Фотогалерея

Korolenko 17
Korolenko 16
Korolenko 15
Korolenko 14
Korolenko 13

Статьи
















Читать также


Повести и Рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Знакомы ли Вы с творчеством Короленко?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту