Короленко Владимир Галактионович
(1896—1988)
Очерки
Публицистика

33

говорили мудрые {67} советники. Он не двинулся ни на шаг из своего заколдо­ванного самодержавного круга и мирно почил в своем крымском дворце.

            Пример этой противоположности между судьбой отца и деда послужил программой для нового царствова­ния. Николай II сразу заявил в памятной речи, что вся­кие надежды на реформы являются "бессмысленными мечтаниями", и после этого самодержавие, казалось, за­стыло надолго и прочно. Все свелось на полицейскую борьбу с крамолой в городах. Что же касается деревен­ской России, то она казалась по-прежнему темной, не­подвижной и покорной. И Николай II повторил слова отца о том, что крестьянству не следует надеяться на какие бы то ни было "прирезки".

            И вдруг именно оттуда, со стороны деревни раздал­ся глухой подземный раскат в виде аграрного движе­ния 1902 года.

            [...] В столицах, а за ними в больших городах, проис­ходили сильные и все возраставшие волнения молодежи. К ним применяли самые суровые меры. Потом попробо­вали действовать "сердечным попечением". Ничто не по­могало. Молодежь волновалась, и отголоски этих волне­ний разлетались по всей России. О волнениях молоде­жи говорили на улицах, в поездах железных дорог; из­возчики и рабочие, возвращаясь с отхожих промыслов из столицы, разносили вести о них до самых далеких углов провинций, порождая, в свою очередь, своеобразные легенды.

            Одна из них, самая распространенная, показалась мне до такой степени характерной, что я тогда же запи­сал ее в нескольких вариантах из разных мест. "В чем дело? Из-за чего это студент бунтует?" -- спрашивал себя простой человек. Еще недавно у него было готово объяснение: "Господские дети недовольны, что царь освободил крестьян". Теперь говорит иное; {68} студент-бедняк учится из-за хлеба, чтобы получить казенное место. Но тут его встречает общая неправда: места раздаются богатым, могущим дать взятку или имеющим связи.

            -- Веришь ты, -- передавал мне один такой простец жалобу студента,-- последнюю шинель проучил, все места не дают... Даром сто очков вперед дам тем, кото­рые получают... Конечно, всюду бедному нет ходу,-- за­ключил рассказчик.

            Таким образом, "бунтующий студент" являлся уже не помещичьим сыном, недовольным освобождением крестьян, а бедняком, протестующим против повсюдной неправды.

            Городское рабочее население, в значительной степе­ни затронутое марксистской пропагандой, уже давно перенесло свое сочувствие на сторону молодежи, и в крупных городах волнения рабочих и студентов выли­вались на улицу совместно. 2-го февраля 1902 года про­изошла грандиозная демонстрация в Киеве. Рабочие и студенты запрудили улицы, выкидывали знамена ("До­лой самодержавие") и вступали в драку с полицией и казаками.

            "Студенческий мундир,-- отметил я тогда в своей памятной книжке,-- становится своего рода бытовым яв­лением наряду с рабочей блузой... Появился даже осо­бый тип уличных "гаменов", веселая толпа подростков, из удальства и шалости шмыгающих между ногами ка­зачьих лошадей с криками "Долой самодержавие". Для них это только веселая игра, но в этой игре начинает вырастать целое поколение..."

            Деревня прислушивалась и недоумевала. [...] Между тем, возрастающая возня в городах

 

Фотогалерея

Korolenko 17
Korolenko 16
Korolenko 15
Korolenko 14
Korolenko 13

Статьи
















Читать также


Повести и Рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Знакомы ли Вы с творчеством Короленко?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту