Короленко Владимир Галактионович
(1896—1988)
Очерки
Публицистика

111

аудитория? Все ли слушатели, которых, быть мо­жет, заинтересовали первые очерки, -- захотят найти в другом месте их продолжение? Все ли новые члены аудитории знали и интересовались началом?

            Какая еще новая волна прорвет продолжаемый рассказ и в каком {219} месте застигнет и автора и слушателей его окончание?

            Кто может теперь ответить на эти вопросы? В небла­гоприятное время пустился "Мой современник" в свое плаванье, но, раз начав, он хочет доплыть до желанного берега не взирая на крушение... Итак -- мы будем продолжать свои очерки, среди скрипа снастей и плеска бури. В начале очерков было сказано, что, начавшись тихими движениями детской мысли, они должны перей­ти к событиям и мотивам, тесно и неразрывно связан­ным с самыми болящими мотивами- современности... Судьбе угодно было, хотя и внешним образом, иллюст­рировать эту связь: очерки еще не дошли до "современ­ности", но сама современность уже вторглась в судьбу. очерков..."

            1908 год вновь дал отцу возможность отдаться вос­поминаниям, и в октябре была закончена первая часть "Истории моего современника". Еще- сложнее история второго тома. После первых глав, напечатанных в "Рус­ском богатстве" в 1910 году в номерах первом и втором, работа над вторым томом заканчивается только в 1918 году. 1910 и 1911 годы отданы, главным образом, статьям о смертной казни ("Бытовое явление" и "Черты военного правосудия").

            В письме к Т. А. Богданович от 24 июня 1911 года есть строки, объясняющие тот факт, что "История моего современника", писавшаяся с 1905 года до последних дней жизни отца, обрывается на моменте его возвраще­ния из ссылки:

            "Крепко засел за работу, лихорадочно стараясь на­верстать, покончить с "Чертами" и взяться за "Современника"... Я жадно думал о том, когда поставлю точку, отошлю в набор и возьмусь за работу "из головы"; без всех этих вырезок, справок, проверочной переписки с адвокатами, но,... теперь все это перевернулось. Одна из газет принесла известие о реформе полиции. {220} Реформа, конечно, в смысле усиления полицейского всемогу­щества посредством "жандармского элемента". А у меня за десять лет собран ужасающий материал об истяза­ниях по застенкам, которых реформа, по-видимому, и не предполагала коснуться. Глупо это, конечно, но с каж­дым новым известием я чувствую все более и более, что ничего другого я теперь работать не буду, пока не выгру­жу этого материала. Сначала я даже возмутился и ре­шил, что сажусь за "Современника" и пишу о том-то.

            А в то же самое время в голове идет свое: статью надо назвать "Страна пыток" и начать с указа Александра I. Несколько дней у меня шла эта смешная избиратель­ная драма. Я стал нервничать и кончил тем, что... снача­ла "Страна пыток", которую я думал писать после, а после "Современник", который я думал писать сначала. Глупо это, но... все будет думаться, если не сделаю своевременно эту работу, то... может быть, дескать, если бы все-таки кинуть этот ужасный материал в над­лежащий момент, то это могло бы хоть отчасти умень­шить эти растущие, как эпидемия, повседневные мучи­тельства... Решил, и начинаю успокаиваться..."

            Здесь отец рисует ту, по его терминологии, "избира­тельную драму", которая отодвинула

 

Фотогалерея

Korolenko 17
Korolenko 16
Korolenko 15
Korolenko 14
Korolenko 13

Статьи
















Читать также


Повести и Рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Знакомы ли Вы с творчеством Короленко?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту