Короленко Владимир Галактионович
(1896—1988)
Очерки
Публицистика

181

Мне это тяжелый удар..."

            На похоронах К. И. Ляховича, собравших все насе­ление города, была отдана дань памяти человека, му­жественный голос которого привыкли слышать в момен­ты наибольшей опасности. Мне казалось, что тысячную толпу, тихо шедшую за гробом, объединяло сочувствие к Короленко. Помню слезы чужих людей, которые плака­ли, соединяя наше горе со своим личным.

            Отца радовало выражение сочувствия и внимания, когда распространились известия о событиях в нашей семье.

            "Истинным утешением служит мне теперь общее со­чувствие и общества (образованного) и рабочих масс,-- писал он 16 (29) июля 1921 года В. Н. Григорьеву -- {356} которые угадывают ту дружбу, которую я всегда к ним питал, и теперь правильно оценивают мое общее направление, далеко не совпадающее с официальным..."

            Забота незнакомых и часто хотевших остаться неиз­вестными лиц делала то, что наша семья не знала голо­да. Часто группы рабочих присылали отчисления от своего небольшого жалования или пайков; собирали средства служащие разных учреждений, еврейская об­щина среди своих членов. Отец никогда не отказывался принять то, чем с ним делились искренне, "по велению сердца" простые люди, считавшие Короленко своим не­изменным другом.

            От помощи Полтавского губисполкома отец отказал­ся еще в июле 1920 года, когда получил известие о по­становлении снабжать его продовольствием. "Писатель должен быть независимым",-- так формулировал отец свой отказ. Не принял он помощи и от Литературного фонда, считая, что многие писатели находятся в худшем положении.

            А эти отчисления от скудных пайков отец принимал с благодарностью и волнением, даже как будто бы радост­но. Помню, как он читал записку об отчислениях муки, крупы и соли "в вашую пользу". Отец был взволнован, на глазах у него блестели слезы, когда он просил ме­ня -- "прими, благодари".

            Полтавцы с особенной теплотой отметили 28 июля день рождения отца (торжественное заседание в театре, делегации, посещение детей, трогательные адреса и по­дарки).

            В конце июля М. Горький прислал письмо с прось­бой написать воззвание к Европе по поводу голода, за­тем пришла телеграмма об избрании Короленко почет­ным председателем Всероссийского комитета помощи голодающим. Отец не считал возможным, несмотря на {357} болезнь, отказаться от участия в борьбе с голодом. Он не привык быть голословным, старался достать данные о размерах народного бедствия, проанализировать их. 10 августа были отправлены письма Горькому и в Моск­ву, в комитет помощи голодающим.

            Чувствуя приближение смерти, отец еще настойчивее взялся за работу, чтобы закончить четвертый том "Ис­тории моего современника" рассказом о возвращении из ссыльных скитаний в Нижний Новгород. Писать ему уже было очень трудно, он диктовал последние главы этой книги, пользуясь каждым свободным часом, так как время его по-прежнему было наполнено общением с людьми. Он часто обращался также к своим прежним дневникам и записным книжкам.

           

            "Оглядываюсь назад,--пишет он 3 (16). июня 1921 года С. Д. Протопопову.-- Пересматриваю старые запис­ные книжки и нахожу в них много фрагментов задуман­ных когда-то работ, по тем или иным причинам не дове­денных

 

Фотогалерея

Korolenko 17
Korolenko 16
Korolenko 15
Korolenko 14
Korolenko 13

Статьи
















Читать также


Повести и Рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Знакомы ли Вы с творчеством Короленко?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту