Короленко Владимир Галактионович
(1896—1988)
Очерки
Публицистика

23

тот бы его не засудил, а засудил бы бедного.

        - Да,  это правда.  Я слышал,  как граф кричал у нас в квартире: "Я вас всех могу купить и продать!"

        - А судья что?

        - А отец говорит ему: "Подите от меня вон!"

        - Ну  вот,  вот!  И  Тыбурций  говорит,  что  он  не  побоится прогнать богатого, а когда к нему пришла старая

        Иваниха с  костылем,  он велел принести ей стул.  Вот он какой!  Даже и Туркевич не делал никогда под его окнами скандалов.

        Это была правда: Туркевич во время своих обличительных экскурсий всегда молча проходил мимо наших окон, иногда даже снимая шапку.

        Все это заставило меня глубоко задуматься.  Валек указал мне моего отца с  такой стороны,  с  какой мне никогда не  приходило в  голову взглянуть на него:  слова Валека Задели в моем сердце струну сыновней гордости;  мне было Приятно слушать похвалы моему отцу,  да еще от имени Тыбурция,  который "все знает";  но,  вместе с  тем,  дрогнула в  моем сердце и  нота щемящей любви, смешанной с  горьким сознанием:  никогда этот человек не любил и  не полюбит меня так, как Тыбурций любит своих детей.

          VI. СРЕДИ "СЕРЫХ КАМНЕЙ"

        Прошло еще несколько дней.  Члены "дурного общества" перестали являться в город, и я напрасно шатался, скучая, по улицам, ожидая их появления, чтобы бежать  на  гору.  Один  только  "профессор" прошел раза  два  своею  сонною походкой,  но ни Туркевича,  ни Тыбурция не было видно. Я совсем соскучился, так как не  видеть Валека и  Марусю стало уже для меня большим лишением.  Но вот,  когда я однажды шел о опущенною головою по пыльной улице,  Валек вдруг положил мне на плечо руку.

        - Отчего ты перестал к нам ходить? - спросил он.

        - Я боялся... Ваших не видно в городе.

        - А-а...  Я и не догадался сказать тебе: наших нет, приходи... А я было думал совсем другое.

        - А что?

        - Я думал, тебе наскучило.

        - Нет,  нет...  Я, брат, сейчас побегу,-заторопился я,-даже и яблоки со мной.

        При  упоминании о  яблоках Валек быстро повернулся ко  мне,  как  будто хотел что-то  сказать,  но  не  сказал ничего,  а  только посмотрел на  меня странным взглядом.

        - Ничего,  ничего,-  отмахнулся он,  видя,  что  я  смотрю  на  него  с ожиданием.Ступай прямо на гору,  а я тут зайду кое-куда,-  дело есть. Я тебя догоню на дороге.

        Я  пошел тихо  и  часто оглядывался,  ожидая,  что  Валек меня догонит; однако я  успел взойти на гору и  подошел к  часовне,  а его все не было.  Я остановился в  недоумении:  передо мной  было  только кладбище,  пустынное и тихое,  без  малейших  признаков обитаемости,  только  воробьи  чирикали  на свободе да густые кусты черемухи,  жимолости и  сирени,  прижимаясь к  южной стене часов-ни, о чем-то тихо шептались густо разросшеюся темной листвой.

        Я оглянулся кругом.  Куда же мне теперь идти?  Очевидно, надо дождаться Валека.  А пока я стал ходить между могилами, присматриваясь к ним от нечего делать  и  стараясь разобрать стертые  надписи на  обросших мхом  надгробных камнях.    Шатаясь  таким  образом  от  могилы  к  могиле,    я  наткнулся  на полуразрушенный просторный  склеп.  Крыша  его  была  сброшена  или  сорвана непогодой и  валялась  тут  же.  Дверь  была  заколочена.

 

Фотогалерея

Korolenko 17
Korolenko 16
Korolenko 15
Korolenko 14
Korolenko 13

Статьи
















Читать также


Повести и Рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Знакомы ли Вы с творчеством Короленко?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту