Короленко Владимир Галактионович
(1896—1988)
Очерки
Публицистика

18

криком кричат,  ровно черти. Каменный берег весь стоном стонет, море на берег лезет.

        "Давайте,  говорю,  ребята,  спать ляжем. Луна с полночи взойдет, тогда что бог даст,  поплывем.  Спать уж тогда немного придется,  надо теперь силы наспать".

        Послушались ребята,  легли.  Выбрали мы  место на высоком берегу,  близ утесу.  Снизу-то,  от моря,  нас и  не видно:  деревья кроют.  Один Буран не ложится:    все  в    западную  сторону  глядит.    Легли  мы,    солнце-то  еще только-только склоняться стало,  до ночи далеко.  Перекрестился я, послушал, как земля стонет, как тайгу ветер качает, да и заснул.

        Спим себе, беды и не чаем.

        Долго  ли,  коротко ли  спали,  только слышу  я:  Буран меня  окликает. Проснулся от сна,  гляжу:  солнце-то садиться хочет, море утихло, мороки над берегом залегают. Надо мною Буран стоит, глаза у него дикие.

        "Вставай,  говорит,  пришли уж...  по душу, говорит, пришли!.." - рукой этак в кусты показывает.

        Вскочил я тут на ноги, гляжу: в кустах солдаты...

        Один, поближе, из ружья целится, другой, подальше, подбегает, а с горки этак еще трое спускаются, ружья подымают. Мигом сон с меня соскочил; крикнул я тут громким голосом,  и поднялись ребята сразу все, как один. Только успел первый солдат выстрелить, мы уж на них набежали...

        Глухое волнение сдавило голос рассказчика;  он понурил голову.  В  юрте стояла полутьма, так как бродяга забыл подкладывать поленья.

        - Не  надо бы  рассказывать,  -  сказал он тоном,  в  котором слышалось что-то вроде просьбы.

        - Нет уж, все равно, кончайте! Что же дальше?

        - А дальше...  да что уж тут...  сами подумайте:  ведь их всего-то пять человек,  а нас двенадцать.  Да еще думали они нас сонных накрыть, все равно как тетеревей,  а  вместо того мы им и  оглянуться-то и  собраться в кучу не дали... Ножи у нас длинные...

        Выстрелили они  по  разу  наспех  -  промахнулись.  Бегут  с  горки,  и удержаться-то трудно. Сбежит вниз, а тут внизу мы его и принимаем...

        - Верите вы?  -  как-то  жалостливо проговорил рассказчик,  поднимая на меня глаза с выражением тоски, - и оборониться-то они нисколько не умели: со штыками этак,  как от собак, отмахиваются, а мы на них, мы на них, как лютые волки!..

        Пхнул один солдат штыком меня в ногу, оцарапал только, да я споткнулся, упал...  Он  на меня.  Сверху еще Макаров навалился...  Слышу:  бежит по мне кровь... Мы-то с Макаровым встали, а солдатик остался...

        Поднялся я  на  ноги,  гляжу  -  последние двое  на  пригорок выбежали. Впереди-то Салтанов,  начальник кордона, лихой, далеко про него слышно было; гиляки -  и те его пуще шайтана боялись,  а уж из нашего-то брата не один от него смерть себе получил. Ну, на этот раз не пришлось... Сам себя потерял...

        Было у нас два черкеса, проворны, как кошки, и храбрость имели большую. Кинулся один к Салтанову навстречу,  в половине пригорка сошлись. Салтанов в него из револьвера выпалил;  черкес нагнулся,  оба упали. А другой-то черкес подумал,  что товарищ у него убит.  Как бросится туда же... Оглянуться мы не успели, он уж Салтанову голову напрочь ножом отмахнул.

        Вскочил на ноги,  зубы оскалил... в руках голову держит. Замерли мы все тут,  глядим...

 

Фотогалерея

Korolenko 17
Korolenko 16
Korolenko 15
Korolenko 14
Korolenko 13

Статьи
















Читать также


Повести и Рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Знакомы ли Вы с творчеством Короленко?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту