Короленко Владимир Галактионович
(1896—1988)
Очерки
Публицистика

18

кто-то  пролетел по  небу,  все раскидал,  все  перерыл,  и  теперь  так  трудно привести все  в  порядок до наступления утра.  А между тем всюду заметна была торопливость.  Одно тонкое облако,  вытянувшееся до  самой  середины  неба  громадным  столбом,  быстро наклонялось,  столб ломался и закрывал одни звезды, между тем как из-за него бойко выглядывали другие.  Какие-то раскиданные по небу лохмотья стягивались к одному месту,  в сплошную тучу,  которая все оседала книзу; и по мере того как туча спадала,  становилось светлее, и можно было разглядеть, как осина в саду то и дело меняется от ветра, взмахивая своими, белыми снизу, листьями.

        И  детям  чудился в  светлеющем небе  неуловимый полет светлого ангела, между  тем  как  другой  распростер темные крылья там  далеко,  под  низкими тучами.  Обоим  мальчикам  хотелось  встретить тут  восход  солнца,-это  так любопытно,-  и  они простояли бы  еще долго,  если бы  нянька,  наконец,  не спохватилась.  Ворча,  в  каком-то  исступлении,  она неслась по  коридору с совершенно несвойственною старым ногам быстротой.  Однако она не добежала до крыльца,  а остановилась в трех шагах от дверей, отстранившись к стенке, так что осталось узкое место для прохода детей.

        - А кыш,  а кыш! - кричала она.- Ах, проклятые гультяи, куда забрались, нет на вас холеры великой!.. А кыш!..

        Мальчики охотно не пошли бы опасным проходом,  но они понимали,  что их поступок выходил совершенно из рамок всякого компромисса и  что нянька имеет право на возмездие. Оставалось только надеяться на свою ловкость.

        Голован был  любимец няньки,  и  хотя  бежал  первым,  но  получил удар снисходительный.  Зато шлепок,  отпущенный Марку, отдался по всему коридору. Тем не менее, отбежав на середину коридора, он остановился и сказал довольно равнодушно:

        - Думаешь, очень больно? Ничего не больно, только громко.

        Через полчаса все в доме успокоилось, хотя спали далеко не все.

        Отец думал о  том,  что  прибавились еще  расходы,  а  жалованья и  так нехватает.  Мать  думала о  том  же.  Она  велела поднести к  себе  девочку, смотрела на нее и плакала,  потому что она не знала,  можно ли ей радоваться новой  жизни  при  таких  маленьких средствах.  Михаил  начинал дремать и  в дремоте думал о жизни, что она хороша. А Генрих не спал, смотрел в темноту и думал о смерти: что же она такое?

        Только дети спали безмятежно и крепко.

          1888

          ПРИМЕЧАНИЯ

        Очерк написан в 1888 году и в том же году напечатан в журнале "Северный вестник",  No 12.  Очерк носит автобиографический характер и воспроизводит в значительной степени атмосферу и отношения,  которые были в действительности в  семье Короленко.  В лице "фантазера" Васи писатель изобразил самого себя, каким  был  он  в    годы  детства,-    с  сильно  развитым  воображением  (до галлюцинаций)  и  впечатлительностью.    Большая  голова  ("Голован")-    была особенностью Короленко.  В лице "Мордика" зарисован образ его меньшего брата - Иллариона;  нянька  -  портрет  старухи,  смотревшей  за  детьми  в  семье Короленко;  "дядя Генрих" -  любимый дядя  Владимира Галактионовича,  Генрих Скуревич,  брат его матери.  Разговоры детей о том,  что "маму хотели

 

Фотогалерея

Korolenko 17
Korolenko 16
Korolenko 15
Korolenko 14
Korolenko 13

Статьи
















Читать также


Повести и Рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Знакомы ли Вы с творчеством Короленко?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту