Короленко Владимир Галактионович
(1896—1988)
Очерки
Публицистика

3

же таяли. Казалось, какие-то белые насекомые с любопытством заглядывают в нашу комнату и через мгновенье бесшумно отлегают в темноту, чтобы сообщить кому-то о том, что они увидели в станционной избушке...

            - Что такое? - спросил я с невольной тревогой.

            Чепурников сел на стул и с тем же задумчивым видом перевел на меня свои карие глаза.

            - А-а, господин... - сказал он тоном доверия. - У нас тут такое дело налаживается, просто уж и не знаю. В один день человеком сделаешься!

            - Человеком? - переспросил я, все еще не отряхнувшись от сна. - Что ж, это отлично!

            - Верно, в один день, господин!.. - и Чепурников вперил в меня долгий, в душу проникающий взгляд. - Вот, - заговорил он вдруг вкрадчиво, - вы, например, люди образованные и стоите за бедноту. А можете ли вы понимать служащего человека?

            - Ну?

            - Служащему человеку требуется голову свою как-нибудь прокормить и какой-нибудь дивидент себе приобрести. Так ли я говорю ай нет?

            - Так в чем же дело?

            - В том дело, - ночевать здесь придется!

            - Ну, и прекрасно.

            - То-то. А не быть бы мне в ответе, потому нам по инструкции воспрещается... Так уж вы, в случае чего, ни-ни... Так, дескать, встретились, только и всего... На станке, при перепряжке... Поняли?

            - Положим, ничего не понял. С кем встретились?

            - А вот погодите... Гаврилыч, вылезай-ка сюда!

            Станционный писарь, внимательно следивший за разговором из-за перегородки, тотчас же вышел. Это был человек лет тридцати, в стоптанных валяных калошах, повязанный грязным шарфом; движения его не лишены были некоторой торжественности. Видно, что жизнь на станции и общение с "проезжающими господами" способствовали развитию в нем некоторых возвышенных наклонностей.

            - Это он верно вам говорит, - наклонился писарь ко мне, уставляясь в меня своими большими черными глазами, немного напоминавшими чахоточного. - Дело первой важности - большие можно тысячи приобрести...

            - Вот! - подчеркнул Чепурников, испытующе заглядывая мне в лицо.

            Я опять протер глаза. Этот шепот, важный вид говоривших, застывшие взгляды и загадочные слова казались мне просто продолжением какого-то бессвязного сна.

            - Да в чем наконец дело? - спросил я с досадой.

            - В черкесе-с... - И взгляд писаря стал еще многозначительнее. - Неужто про черкеса не слыхали? Лицо по всей Лене знаменитое.

            - Я здесь в первый раз.

            - Извините, не сообразил. Позвольте, я вам объясню. Этот черкес да еще с другим, товарищем по спиртовому делу, у нас первые... То есть, проще вам сказать, спиртоносы, на прииска запрещенным способом спирт доставляют и выменивают рабочим на золото. Отличные дела делают.

            - Ну-с?

            - Ну-с, больше ничего, что завтра этот черкес будет здесь...

            Он наклонился к моему уху.

            - Золото в Иркутск везет китайцам продавать... Ежели теперича сам бог нам его в руки дает - это значит божие благословение... Третья часть в нашу пользу, остальное в казну...

            - Понимаю... Но неужели он так беспечен, что прямо дастся вам в руки?

            - Какое дастся! Дьявол - не человек. Не первый раз уже... Летит сломя голову, ямщикам на

 

Фотогалерея

Korolenko 17
Korolenko 16
Korolenko 15
Korolenko 14
Korolenko 13

Статьи
















Читать также


Повести и Рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Знакомы ли Вы с творчеством Короленко?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту