Короленко Владимир Галактионович
(1896—1988)
Очерки
Публицистика

8

Молодой разум с  молодым сердцем -  что молодое пиво на хмелю:  и  мутно,  и бурлит. А устоится, так станет людям на усладу.

        - А  мне что?  -  сказал мельник.-  Мне от нее ни горечи,  ни услады не нужно, потому что я вам не ровня. Мне мои деньги подай, старая, то я на вашу хату и глядеть не стану.

        - Ох,  нет же у  нас!  Подожди еще,  заработаем с  дочкой вдвоем,  то и отдам.  Ох,  горе мое,  Филиппушка,  и с тобою,  и с нею. Ты ж сам знаешь, я тебя,  как сына,  любила,  не думала,  не гадала,  что ты с меня, старой, те долги поверстаешь да  еще  с  процентами...  Хоть бы  дочку,  что ли,  замуж отдать,  и женихи есть добрые,-  так вот не идет же ни за кого,  хоть ты что хочешь.  С тех пор,  как ты с нею женихался,  будто заворожил девку.  Лучше, говорит,  меня в сырую землю живую закопайте. Дурная и я была, что позволяла вам до зари вот тут простаивать... Ой, лихо мне!..

        - А  как  же  мне быть?  -  сказал мельник.-  Ты,  старая,  этих дел не понимаешь:  у  богатого человека расход большой.  Вот  я  жиду  должен,  так отдаю,- отдавайте и вы мне.

        - Подожди еще хоть с месяц.

        Мельник  поскреб в  голове  и  подумал.  Маленько-таки  разжалобила его старуха, да и Галина узорная сорочка недалеко белела.

        - А  я,  смотри,  за это еще десять грошей накину,-  сказал он.-  Лучше отдала бы.

        - Что ж делать! Видно, моя доля такая,- вздохнула старуха.

        - Ну,  значит,  так оно и будет. Я не жид, я-таки добрый себе человяга. Другой бы, уж я верно знаю, накинул бы двадцатку, а я накину десять грошиков и  подожду еще  до  филипповок.  Да  смотри,  тогда  уже  стану жаловаться в правлении.

        И  он,  не поклонившись,  повернулся и  пошел себе за околицу,  даже не оглядываясь на избушку,  у которой долго еще белела узорная сорочка,- белела на черной тени под вишеньем,  как белесая звездочка,- и нельзя было мельнику видеть, как плакали черные очи, как тянулись к нему белые руки, как вздыхала девичья грудь.

        - Не плачь,  доню, не плачь, ясочко,- говорила старая Прйся.- Не плачь, видно такая божия воля.

        - Ох,  мамо,  мамо,  хоть бы дала ты мне очи ему выцарапать! Может, мне стало бы легче...

          III

        После этого мысли мельника стали как-то еще скучнее. "Вот что-то все не так  идет на  этом свете,-думал он  про  себя.-  Как-то  человеку все бывает неприятно,  а отчего-и не придумаешь...  Вот теперь девка прогнала...  Жидом назвала,  эге-ге!..  Кабы я был жид да имел такие деньги,  да торговлю... да разве так стал бы я жить,  как теперь?  Нет,  не так!  Теперь что и за жизнь моя:  работай на мельнице сам, ночь не доспи, днем не доешь; гляди за водой, чтоб  не  утекла,  гляди  за  камнем,  гляди  за  валом,  гляди на  валу  за шестернями,  гляди на  шестернях за пальцами,  чтобы не повыскочили да чтобы забирали ровно...  Э,  гляди еще и за проклятым работником-подсыпкой.  Разве можно положиться на  наймита?  Только уйди на минуту,  сейчас и  он,  подлый человек,  куда-нибудь  к  девкам утреплется...  А,  собачья жизнь  мельника, просто-таки собачья!  Правда,  с тех пор как дядько-царствие ему небесное! - убухался с  пьяных глаз в  омут,  стал я сам хозяином и деньжонки-таки стали заглядывать в  мои карманы...

 

Фотогалерея

Korolenko 17
Korolenko 16
Korolenko 15
Korolenko 14
Korolenko 13

Статьи
















Читать также


Повести и Рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Знакомы ли Вы с творчеством Короленко?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту