Короленко Владимир Галактионович
(1896—1988)
Очерки
Публицистика

27

пропадать промежду двумя шинками...  А все-таки человек был веселый и все,  бывало, песни поет. Весь, бывало, пропьется, и баба сердитая дома дожидается, а он как песню или прибаутку сложил,  так думает,  что горе избыл.  Так и теперь:  лежит себе в телеге и поет во все горло, что даже лягушки с берега кидаются в воду:

        Волы мои крутороги

        Идут по дороге...

        А меня не носят ноги,

        Ой, не носят ноги!

        Пропил свитку и чоботья,

        И шапку с затылка...

        А у мельника в шиночке

        Хороша горiлка...

        - Эй,  а  какая там бесова тварюка посередь гати стоит,  что и волам не пройти?  Вот,  когда бы не лень было мне сойти с воза, я б тебе показал, как посередь дороги становиться... Цоб, цоб, цоб-бе!

        - Постой  на  одну  минуту,    добрый  человек,-    сказал  чорт  сладким голосом.Мне бы с тобой потолковать немного...

        - Немного?  Ну, толкуй, а то некогда. Пожалуй, в Каменке шинок заперли, так и не достучишься... А что ты скажешь, не знаю, как тебя назвать... Ну?

        - О ком это ты такую хорошую песню пел?

        - Спасибо,  что похвалил.  Пел я  об мельнике,  что вот тут на мельнице живет, а что хороша ли песня, или нет, то лучше мне знать, потому что я себе сам пою.  Может,  кто от той песни скачет,  а кто и плачет,  вот что... Цоб, цоб, цоб-бе! Да ты все еще стоишь?

        - Стою.

        - Чего ж ты стоишь?

        - В песне твоей говорится, что горелка у мельника хороша?

        - Вот ты какой...  хитрый!  Человек и песню еще до конца не допел, а он уж придрался к слову.  Где у беса хороша!..  Ты, видно, не слыхал поговорки: вперед батька не лезь в  пекло,  а  то опередишь батька и  того...  нехорошо будет. Когда так, то я лучше тебе до конца спою:

        А у мельника в шиночке

        Хороша горiлка...

        Ой, горiлки две бутылки,

        И... воды бутылка...

        Ну,  что,  все стоишь?  Чего ж тебе,  когда так, еще надо? Вот я сейчас вылезу-таки с воза,  посмотрю,  долго ли ты настоишься вот тут,  а?.. Что ты себе подумаешь, если я начну тебя угощать батогом?..

        - Сейчас,  сейчас уйду, добрый человек. Только скажи еще: а что ты себе подумал бы, когда бы здешнего мельника чорт забрал, как и Янкеля?..

        - А что мне думать? - ничего и не подумаю... Таки, сказать по правде, и схапает,  когда-нибудь,  непременно-таки схапает...  Э,  да  ты,  вижу,  все стоишь... Ну, вылезаю с воза. Гляди, уж и ногу одну поднял...

        - Ну, ну! Поезжай себе, когда ты такой сердитый.

        - Ушел ты?

        - Ушел.

        - Цоб, цоб, цоб-бе.

        Опять волы закачали рогами,  заскрипели ярма и занозы, воз покатился на другой конец гати, а Опаяас запел свою песню:

        Волы мои крутороги,

        Прибавляйте бегу!

        Пропил мельнику колеса,

        Пропью и телегу.

        Колеса стукнули,  съезжая с  гати,  и  песня  Опанаса стала затихать на горе.

        Не  успела еще  стихнуть,  как послышалась другая,  из-за  реки.  Так и звенели,  так и  заливались женские голоса,  сначала далеко,  а  там уже и в лесу.  Видно,  где-нибудь дожинали девчата с молодицами, а может, и отаву на дальнем покосе сгребали,  а теперь шли себе позднею дорогой и пели, чтобы не страшно было лесом идти.

        Чертяка разом шмыгнул к Янкелю под вербы.

        - А ну, давай же чего-нибудь

 

Фотогалерея

Korolenko 17
Korolenko 16
Korolenko 15
Korolenko 14
Korolenko 13

Статьи
















Читать также


Повести и Рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Знакомы ли Вы с творчеством Короленко?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту