Короленко Владимир Галактионович
(1896—1988)
Очерки
Публицистика

13

Копыленков, для которого, как знатока по части самых разнообразных доходов, эта форма оказалась непонятной.

            - Это, видите, в чем состоит. Судно морского флота не то, что ваши паузки. Наружность само собой, крепление там, ванты, рангоут и прочее, но еще внутренняя отделка требует материалу дорогого и тонкого. Великолепие, блеск и даже, можно сказать, комфорт... Ну-с, так вот, в материальных складах материй этих, лионского бархату, аглицких разных шелков... горы... Теперь представьте: надо ему уходить с должности домой; снимает он сюртук, берет кусок шелковой материи, обернет вокруг корпуса, опять одевается, уходит. Пришел домой, размотает его жена, как катушку какую, - вот и приобрел!

            - Важная штука!.. Только как же их там не щупают, на выходе-то?

            - Как можно! Рабочих, конечно, обыскивают у ворот, а с господами и обращение другое, на доверчивом начале.

            - Ничего, можно дела делать... Только надо умному быть. Ежели на жадного человека, который не знает меры, - живо пропасть можно. Все-таки ведь казна!

            - Будьте добры, продолжайте, - в свою очередь, перебил я, видя, что теперь увлекается уж Копыленков.

            - Да-с, конечно, дело не в этом. А что просто было - это верно. Просто, просто, а только что просвещения было в нашем кругу мало, а дикости много... Из-за этого я и крест теперь несу. Видите ли, была у этою папашина товарища дочка, на два года меня моложе, по восемнадцатому году, красавица! И умна... Отец в ней души не чаял, и даже ходил к ней студент - обучением занимался. Сама напросилась, - ну, а отец любимому детищу не перечил. Подвернулся студент, человек умный, ученый и цену взял недорогую, - учи!

            - Напрасно, - сказал вскользь Копыленков. - Баловство! Женскому полу это ни к чему...

            - Ну-с, а я был той девице, Раисе Павловне, нареченный жених. Родители наши приятели были, мы почти что и выросли вместе, и задумали отцы между собою так, чтобы непременно меня на ней женить. И мы, с своей стороны, имели друг к другу чувствительное расположение. Сначала-то, знаете, дружба, играем, бывало, вместе, а потом уж и серьезно. От родителей препятствия не видели и имели постоянно друг с дружкой обращение.

            - Грех вышел? - забежал вперед Михайло Иванович.

            - Никакого греха! - отрезал Кругликов холодно. - И в мыслях не было, - оба младенцы чистые. Рая до чтения была охотница, так вот в этом больше и время проводили. Сначала Гуаки там, рыцари разные, Францыль Венецыян, - чувствительные истории!.. Пустяки, конечно, а нравилось: маркграфиня, например, бранденбургская, принцесса баварская, и при всем этом свирепый сераскир... Все такое-этакое... Возвышенные персоны-с и все насчет любви и верности упражняются и претерпевают приключения... Конечно, головы молодые! У меня все-таки служба, а она управится по домашности, как минута свободная - сейчас в комнате своей с ногами на диванчик, в платочек завернется и читает. Под вечер - я с должности вернусь - гулять идем, под ручку-с. В Кронштадте известно какое гулянье: на крепостной вал, на Купеческую стенку, бывало, сходим, на море смотрим... Она мне и рассказывает, что за день-то прочитала. Говорит, говорит, потом и задумается.

            "Вот, Васенька,

 

Фотогалерея

Korolenko 17
Korolenko 16
Korolenko 15
Korolenko 14
Korolenko 13

Статьи
















Читать также


Повести и Рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Знакомы ли Вы с творчеством Короленко?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту