Короленко Владимир Галактионович
(1896—1988)
Очерки
Публицистика

7

в заседании обсуждался вопрос о смурыгинских березках.

            - Березках?

            - Ну да! Молодой земской начальник Смурыгин для блага вверенного участка приказал с первых же дней обсадить березками все проселочные дороги.

            - Да? Вот что?.. березками... А знаешь, ведь это хорошо. Это, конечно, не "широкие задачи", в этом нет полета, но прямая практическая польза... нельзя отрицать и этого, мой старый друг.

            - Про-се-лочные - пойми! - с удивлением глядя ему в глаза, повторил седой господин. - Ты, кажется, забыл совсем условия деревенской жизни.

            Семен Афанасьевич смутился. Он действительно не вполне ясно представляя себе, в чем дело, но уверенный тон старого товарища сбил его с толку.

            - Про-селочные! Да, конечно, это крайность... Но молодость - всегда молодость... Ведь и мы увлекались в свое время. Почему ты не хочешь признать за молодым поколением?..

            - Чего?

            - Права на увлечение...

            - Да, ты вот о чем!.. Посмотри вон туда, у портрета... Группа молодых людей, и в центре... Узнаешь ты этого господина?..

            - В очках... густые волосы с проседью?..

            - Да. Это известный Заливной.

            - А! - ответил Семен Афанасьевич. - Я его лично не знал... это было уже после меня, но как же, помню по газетам!.. Радикал, энтузиаст... Ведь это он требовал когда-то фортепиано для школ? Крайность, конечно, но... крайность, согласись сам, симпатичная... И если теперь он внесет свой энтузиазм...

            - Внес уже, - ответил Василий Иванович. - Теперь он требует полного закрытия школ...

            Семен Афанасьевич заморгал от неожиданности и растерянно посмотрел на приятеля.

            - Ты шутишь... Как же это... то есть я хочу вам сказать: как примирить...

            - А очень просто... отстал ты от духа времени. Есть, брат, такие субъекты... Наш генерал - он у нас большой шутник - называет их породой восторженных кобелей... Видел ты, как порой резвый кобель выходит с хозяином на прогулку? Хозяин только еще двинулся влево, и уже у кобеля хвост колечком, и он летит за версту вперед... Зато - стоит хозяину повернуть обратно, - и кобель уже заскакивает в новом направлении...

            - Ха-ха! Резко, но остроумно... Действительно смешная крайность...

            - Крайность, конечно, но вовсе не смешная. Земству теперь едва удается отстоять свои школы от резвого натиска... Да, брат, вот тебе и увлечение. Прежде мы смеялись над фортепиано, но жизнь шла к просвещению, к равноправию, к законности...

            - А теперь?

            Василий Иванович посмотрел на Семена Афанасьевича своим умным и несколько печальным взглядом и ответил задумчиво:

            - И теперь жизнь... идет к тому же... Но мы-то идем ли с нею?.. вот вопрос...

            - И с такими взглядами, - растерянно спросил Семен Афанасьевич, - ты все-таки... пошел?..

            - Пошел, брат... Двадцать лет я был мировым судьей в своем участке... И мне не хотелось, чтобы тут же... у меня... на моей ниве Смурыгин насаждал свои березки или Заливной закрывал мои школы...

            - До этого не дойдет! - сказал Семен Афанасьевич горячо.

            - Может быть... - вяло ответил седой господин и отвернулся. А в это время к ним подошел губернатор и опять стал пожимать руки Семена

 

Фотогалерея

Korolenko 17
Korolenko 16
Korolenko 15
Korolenko 14
Korolenko 13

Статьи
















Читать также


Повести и Рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Знакомы ли Вы с творчеством Короленко?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту