Короленко Владимир Галактионович
(1896—1988)
Очерки
Публицистика

57

Молодой тонкий послушник [Послушник - прислужник в монастыре, готовящийся стать монахом] в рясе [Ряса - монашеская длинная верхняя одежда черного цвета] и остроконечной шапке, стоял под сводом, держась одной рукой за замок запертой двери... Невдалеке, точно распуганная стая птиц, стояла кучка детей; было видно, что между молодым послушником и этой стайкой резвых ребят происходило недавно какое-то столкновение. По его несколько воинственной позе и по тому, как он держался за замок, можно было заключить, что дети хотели проникнуть на колокольню вслед за господами, а послушник отгонял их. Его лицо было сердито и бледно, только на щеках пятнами выделялся румянец.

            Глаза молодого послушника были как-то странно неподвижны... Анна Михайловна первая заметила выражение этого лица и глаз и нервно схватила за руку Эвелину.

            - Слепой, - прошептала девушка с легким испугом.

            - Тише, - ответила мать, - и еще... Ты замечаешь?

            - Да...

            Трудно было не заметить в лице послушника странного сходства с Петром. Та же нервная бледность, те же чистые, но неподвижные зрачки, то же беспокойное движение бровей, настораживавшихся при каждом новом звуке и бегавших над глазами, точно щупальца у испуганного насекомого... Его черты были грубее, вся фигура угловатее, - но тем резче выступало сходство. Когда он глухо закашлялся, схватившись руками за впалую грудь, Анна Михайловна смотрела на него широко раскрытыми глазами, точно перед ней вдруг появился призрак...

            Перестав кашлять, он отпер дверь и, остановясь на пороге, спросил несколько надтреснутым голосом:

            - Ребят нет? Кыш, проклятые! - мотнулся он в их сторону всем телом и потом, пропуская вперед молодых людей, сказал голосом, в котором слышалась какая-то вкрадчивость и жадность: - Звонарю пожертвуете сколько-нибудь?.. Идите осторожно, - темно...

            Все общество стало подыматься по ступеням. Анна Михайловна, которая прежде колебалась перед неудобным и крутым подъемом, теперь с какою-то покорностью пошла за другими.

            Слепой звонарь запер дверь... Свет исчез, и лишь через некоторое время Анна Михайловна, робко стоявшая внизу, пока молодежь, толкаясь, подымалась по извилинам лестницы, могла разглядеть тусклую струйку сумеречного света, лившуюся из какого-то косого пролета в толстой каменной кладке. Против этого луча слабо светилось несколько пыльных, неправильной формы камней.

            - Дядько, дядюшка, пустить, - раздались из-за двери тонкие голоса детей. - Пустить, дядюшка, хороший!

            Звонарь сердито кинулся к двери и неистово застучал кулаками по железной обшивке.

            - Пошли, пошли, проклятые... Чтоб вас громом убило! - кричал он, хрипя и как-то захлебываясь от злости...

            - Слепой черт, - ответили вдруг несколько звонких голосов, и за дверью раздался быстрый топот десятка босых ног...

            Звонарь прислушался и перевел дух.

            - Погибели на вас нет... на проклятых... чтоб вас всех передушила хвороба... Ох, господи! Господи ты, боже мой! Вскую мя оставил еси... - сказал он вдруг совершенно другим голосом, в котором слышалось отчаяние исстрадавшегося и глубоко измученного человека.

            - Кто здесь?.. Зачем остался? - резко спросил

 

Фотогалерея

Korolenko 17
Korolenko 16
Korolenko 15
Korolenko 14
Korolenko 13

Статьи
















Читать также


Повести и Рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Знакомы ли Вы с творчеством Короленко?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту