Короленко Владимир Галактионович
(1896—1988)
Очерки
Публицистика

3

то      полное      внутреннего      достоинства,      почти аристократическое  спокойствие,  с  которым  он  проявлял  эту  традицию.  В случаях, когда ему приходилось подкрепить какое-нибудь обещание, подтвердить торжественное заверение,- он произносил неизменную фразу:

        - Как честный еврей!  -  Иногда это произносилось даже по-еврейски: "ви их бин а ид"... В этой формуле эпитет "честный" выпускался. Достаточно того, что  говорящий -  еврей!  Этим  сказано  все,  что  нужно...  Фраза  звучала торжественно, почти гордо...

        В его лице,  тонком,  довольно красивом и выразительном,  еврейский тип сказывался довольно ясно.

        Жена его была настоящая "дама",  и по первому взгляду в ней трудно было признать еврейку.  Она, очевидно, получила "порядочное", как тогда говорили, то есть светское воспитание где-то в Галиции,  чисто говорила по-польски,  а по-русски с изящным польским акцентом. Единственная дань еврейским традициям в ее внешности,  которую, очевидно, потребовало положение г-на Менделя,- был парик,  которым она  все-таки  заменила свои,  вероятно,  красивые природные волосы.  Но  он  не  был  гладкий,  как у  большинства замужних евреек.  Она подбирала его так,  чтобы он  хоть до известной степени напоминал ее прежнюю прическу. В остальном она ничем не отличалась от наших знакомых дам, а своим изяществом и  манерами даже превосходила многих.  Сознание этого сказывалось порой в  удивленных,  почти негодующих взглядах,  которые невольно кидали на нее некоторые из посетительниц нашей гостиной.

        - Эта  еврейка держится совсем  en  grande  dame...  [Как  важная  дама (франц.)]  -    говорили  слегка  насмешливо  дамы  из  общества.-    Странная претензия!

        Мужчины признавали,  однако,  что  именно претензий в  манерах красивой еврейки совсем не было заметно.

        Но все-таки странно: несмотря на чрезвычайную независимость ее манер, в ней  не  чувствовалось все-таки  того  спокойствия,  которое сказывалось под внешней  почтительностью  г-на  Менделя.  Ее  красивые  глаза  порою  нервно блестели,    а  лицо  покрывалось  летучим  румянцем.  Это  было  тоже  почти неуловимо, но все же чувствовалось... И может быть, это нравилось в ней, как нравились и манеры ее мужа...

        Говорили,  что ее семья была когда-то очень богата,  но теперь от этого богатства уцелели  лишь  остатки,  которые она  и  принесла в  приданое г-ну Менделю.  Как  случилось,  что красавица и  модница вышла за  старозаветного еврея, хотя и образованного по-тогдашнему, но все же сильно отличавшегося от нее  манерами,-  сказать не  могу.  Может быть  причиной была  выразительная наружность,    уважение,    которое  ему  оказывали,  наконец  просто  -  воля родителей...  Как бы то ни было,  жили они, повидимому, согласно. Мои дядя с теткой шутили иной раз между собой,  что г-н  Мендель сильно влюблен в  свою жену, и мне, помню, это казалось странно, как и то, что будто бы она держала своего уважаемого супруга под башмаком.  В моем воображении эти романические черты совсем не вязались с  представлением о "настоящих евреях".  Она,-  это еще казалось возможным...  Но г-н  Мендель влюбленный и  под башмаком...  Но это, кажется, было так. И особенно это сказалось в отношении к детям.

 

Фотогалерея

Korolenko 17
Korolenko 16
Korolenko 15
Korolenko 14
Korolenko 13

Статьи
















Читать также


Повести и Рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Знакомы ли Вы с творчеством Короленко?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту