Короленко Владимир Галактионович
(1896—1988)
Очерки
Публицистика

23

    - И Фроим здесь? Я думаю... Фроиму еще рано... Он еще мальчик... Или вы думаете, что следует говорить при нем?

        Г-н Мендель кивнул головой.

        - Ну,  хорошо... Видите ли... Мы узнали... Но только, пожалуйста, чтобы это осталось между нами. Даете слово?

        Я дал слово за товарищей.

        - Мы узнали...  Господин Мендель и я...  Откуда,-  это все равно...  Во всяком случае, под честным словом,- что за всеми вами, за всем вашим кружком установлен надзор... В столице и здесь...

        Дядя испытующе посмотрел на нас и продолжал:

        - Тот, кто нам сообщил это, не знает точно, в чем дело, но говорит, что это  что-то...    противоправительственное,  политическое...  Впрочем,  я  не допускаю,  чтобы это  было что-нибудь серьезное,  и  не  стану допытываться. Вероятно,  какие-нибудь студенческие дела. Не правда ли?.. Скажу только, что вам,  с  одной стороны,  еще  рано  заниматься политикой...  с  другой -  вы достаточно взрослы,  чтобы понимать, что с этим нельзя шутить... Так вот, мы вам сообщили. Я надеюсь, вы будете осторожны.

        Он  смолк  и  посмотрел вопросительно на  Менделя-отца.  Мой  дядя  был человек умный и считал, что говорить больше, допрашивать, требовать обещании - было бы бестактно и  ни к  чему не приведет с  молодежью.  Сам он когда-то участвовал в истории,  повлекшей за собою закрытие киевского университета, и как-то  в  разговоре сказал вскользь,  что не жалеет об этом.  Сколько можно было судить по  его рассказам,  которые я  слышал лишь вскользь и  отрывками (рассказывая об этом гостям,  дядя всегда высылал меня из комнаты),-дело шло об  "оскорбленной чести  студенчества".  Студент,  на  которого бросилась на улице генеральская собачка,  пнул ее  ногой.  Генерал оскорбительно разругал его  и  велел  отправить  студента  в  кутузку...  Университет заволновался. Студента  отпустили,  но  молодежь  требовала удовлетворения.  В  этом  было отказано...  Дальше в  моей  памяти сохранились лишь  отрывки.  Генералу при разъезде из театра подали карету...  На козлах вместо кучера и  лакея сидели переодетые студенты...  Карета тронулась...  Супругу генерала очень вежливо, чисто  по-рыцарски пригласили выйти...  генерала повезли дальше...  Меня  на этом интересном пункте удаляли...

        Лицо дяди при этих воспоминаниях освещалось какой-то особенной улыбкой. Они, очевидно, доставляли ему удовольствие.

        - Что делать! Молодость всегда молодость... Она ценит честь и готова на риск... Пушкин сказал: "Блажен, кто с молоду был молод..." {Прим. стр. 435}

        И    теперь  на  красивом  лице  дяди  было  выражение  снисходительного предостережения. Лицо г-на Менделя было более озабоченно и задумчиво. На его лбу меж бровей лежала глубокая поперечная складка.

        - Я тоже скажу вам,  молодые люди,  несколько слов,- начал он.- Никогда не надо идти против властей,  поставленных царем.  Это ведет к  несчастью не только для вас,  но и для ваших близких.  Особенно должны этого остерегаться мы,  евреи.  Много раз уже мы  были в  беде...  Ну,  что нас всегда спасало? Мудрость вождей,  учивших народ  покорности...  Чем  Дониейль приобрел такую силу  перед  царем?..    А    Иеремосу?..    Почему  персидский  царь  позволил возобновить храм,  чтобы

 

Фотогалерея

Korolenko 17
Korolenko 16
Korolenko 15
Korolenko 14
Korolenko 13

Статьи
















Читать также


Повести и Рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Знакомы ли Вы с творчеством Короленко?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту