Короленко Владимир Галактионович
(1896—1988)
Очерки
Публицистика

25

в мыслях своих не кляни царя".

        - Ну,  что ж такое?  Это сказано о царе, избранном из народа... А этого беззаконника ты можешь проклинать.

        Послушай, Бава! Мы тут только вдвоем... Никто не услышит.

        - Птица небесная услышит,  на  крыльях перенесет.  Нельзя Баве нарушить заповедь...

        Услышал это царь, и сердце его опечалилось... "За что же я пролил кровь этих учителей,  если они  и  все такие,  как Бава?"  Открылся он  бен-Буту и говорит: "Вижу я, что сделал великий грех... Погасил свет в глазах твоих". А Бава,  великий мученик, отвечает: "Заповедь-мне светильник. Закон - свет..." Царь спрашивает:  "Что же мне теперь сделать,  как искупить грех, что я убил столько мудрых?"  А  Бава опять отвечает:  "Ты  погасил свет Израиля.  Зажги опять свет Израиля".

        Рассказчик  обвел    нас    всех    своими  глубокими  глазами  и    сказал торжественно:

        - Что же из этого вышло? Вышло то, что он отстроил храм Иерусалимский в прежней славе... Так вот чему учит наш талмуд: даже в мыслях еврей не должен идти против власти. И это всегда так было. Вожди Израиля:

        Иозейль разве не служил верно фараону? А Дониейль - персидскому царю? А Иеремосу -  вавилонскому?  Они  знали  науку своего времени,  но  никогда не забывали заповеди своего закона...  И  я  хочу,  чтобы вы,  мои  дети,  тоже учились светской мудрости в гимназии, но не стали бы апикойрес, не забыли бы заповедей своего закона...

        Когда мы  вернулись из кабинета дяди в  свою комнату,  Дробыш почесал с комичным видом свою буйную русую шевелюру и сказал:

        - Притча интересная... И это верно: философия этого бен-Бавы была очень удобна для  Иродов.  Но...  какой  это  дьявол донес на  наши  петербургские собрания?..

        И  мы  стали  обсуждать  этот  житейский  вопрос,    забыв  злополучного Баву-бен-Бута.  Но  я  уверен,  что  в  кабинете дяди  поучительный разговор продолжался  и  вопрос  исчерпывался  с  евангельской и  талмудической точек зрения.

        Скоро  и  практический вопрос,  поставленный Дробышем,  отступил  перед другими злобами дня,  сильно  задевшими наш  дружеский кружок  с  совершенно неожиданной стороны.

        После  посещения великого  цадика  Акивы  прошло  несколько недель.  По городу вдруг пронесся слух,  будто Бася сосватала свою внучку.  И  будто это сватовство имеет какую-то косвенную связь с приездом цадика, вернее - одного из его почтенных провожатых, рэб Шлойме Шкловского...

        Однажды я проходил через комнату,  соседнюю с спальной тетки, у которой в это время была Бася,  недавно получившая "новую партию".  И я услышал, как тетка, предложившая Басе какой-то вопрос, вдруг вскрикнула почти с испугом:

        - Бася! Да вы с ума сошли! Побойтесь бога! Ведь она еще совсем ребенок!

        - Ну,-  ответила Бася  своим  спокойно-уверенным голосом.-  Мы,  евреи, всегда боимся бога...  Разве я что знаю?  Разве я что хочу?..  Я знаю только одно: Фруму нельзя отдать за первого встречного... А это такая партия, такая партия... Это, верно, нам послал бог...

        Я невольно приостановился и стал слушать продолжение разговора.

        - Но я вам говорю,- волновалась тетка,- ведь она совсем ребенок!

        - Ну... Что из того? Это у вас нельзя! У нас можно. Вы думаете, я вышла

 

Фотогалерея

Korolenko 17
Korolenko 16
Korolenko 15
Korolenko 14
Korolenko 13

Статьи
















Читать также


Повести и Рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Знакомы ли Вы с творчеством Короленко?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту