Короленко Владимир Галактионович
(1896—1988)
Очерки
Публицистика

19

дугу, упал на берег.

            -- Снимите, пожалуйста,-- сказала она Урманову.

            -- Скоро это кончится? -- услышал я голос сзади...

            -- Вы снимете?

            -- Снял. Что с ним делать?

            -- Бросьте в воду...

            Она опять закинула, и опять потянулось время. Мне был виден конец ее удочки, отражение в пруде и поплавок, окруженный кольцом точно расплавленного серебра на фоне темной глубины. Мой поплавок вздрагивал, колебался, исчезал из глаз, опять появлялся и опять уплывал куда-то далеко. Я испытывал странное напряженное состояние и сознавал, что оно происходит оттого, что рядом со мной сидит Валентина Григорьевна, а на берегу, у меня за спиной -- Урманов. И что это между ними стоит то тяжелое и напряженное, что передается мне.

            -- Скоро это кончится? -- спросил опять Урманов, угрюмо и жестко.

            -- Не знаю,-- ответила холодно Валентина Григорьевна...-- Когда вы захотите...

            -- Я хочу... сейчас...

            -- Нет, вы сейчас еще не хотите,-- ответила молодая женщина твердо.-- Когда захотите, вы мне скажете.

            -- Странно,-- пробормотал Урманов...

            Опять шли минуты... Солнце совсем село, потянуло сыростью и прохладой, спускались сумерки...

            -- Валентина Григорьевна!..-- Голос Урманова звучал мягкою печалью...

            Валентина Григорьевна прислушалась.

            -- Становится темно,-- произнес я довольно жалобным тоном.

            -- Да? -- переспросила Валентина Григорьевна...-- Вам, бедненькому, надоело? Ну,-- она вздохнула,-- хорошо, пойдем!

            Когда мы вышли из кустов на дорожку, она сказала:

            -- Дайте вашу руку. Не так. Вот как надо.

            Над прудом кое-где стлался туман, и, когда мы вышли на большую дорожку, я удивился, как это еще за минуту мы могли увидеть поплавки... Теперь у рыболовных скамеек было совсем темно. Какая-то водяная птица кричала на островке, где мы сидели за минуту, как будто спрашивая о чем-то из тьмы. Молодой серп луны поднимался, не светя, над лугами за плотиной.

            Я чуть ли не в первый раз шел под руку с дамой. Сначала мне было неловко, и я не мог приноровить свою походку; но она шутливо и твердо помогла мне, и, идя по аллее, я чувствовал себя уже гораздо свободнее. Наши шаги звучали согласно, отдаваясь под темным сводом лип. Она плотно прижалась к моему плечу, как будто ища защиты. Я чувствовал теплоту ее руки, прикосновение ее плеча, слышал ее дыхание.

            В темной аллее ее лица совсем не было видно... Я вспоминал свое первое впечатление: холодный взгляд, повелительный и пытливый, выражение лица неприятное, властное и сухое... Потом мелькнуло другое выражение: женственное и трогательное, потом все спуталось в общем безличном обаянии женской близости,-- близости любви и драмы... Я уже не различал, моя эта драма или чужая... Мне начало казаться, что со мной идет другая, та, что на Волге...

            Воображение стало работать быстро. Ей тоже понадобился фиктивный брак... С какой радостью стою я с ней перед аналоем... Теперь это она идет об руку со мною... Это у нас с ней была какая-то бурная сцена три дня назад на пристани. Теперь я овладел собой. Я говорю ей, что более она не услышит от меня ни одного слова, не увидит ни одного взгляда, который

 

Фотогалерея

Korolenko 17
Korolenko 16
Korolenko 15
Korolenko 14
Korolenko 13

Статьи
















Читать также


Повести и Рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Знакомы ли Вы с творчеством Короленко?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту