Короленко Владимир Галактионович
(1896—1988)
Очерки
Публицистика

8

-- да выть, да заклинать, да с разных тебе сторон, да на разны тебе голоса: то батька кличет, то старуха, то опять молодая моя, Марьюшка, разливается, зовет. А я сижу на земле, зубом стучу да молитву творю. Как только и жив остался!

            -- А я так и видал, -- подымается с места какой-то бурлак, лицо которого мне не видно.-- Осене-сь лес мы рубили да вывозили и остались одновадни у шалаша с Ефимкой -- удалая головушка, парень бедовой. И взмыла тут, братцы, туча, пошел дождь, да и дождь, слышь, бойкой, да крупной, нас, что-есть, в шалашике вымочило до ниточки. Прошла эта туча, -- только послышим -- идет кто-то по лесу, песни играет... Да звонко! Издаля слышно. Что, мол, такое за человек это? И выходит тут к нам незнакомой молодец: одет чисто, рубаха бела, уздечка накрест перепоясана. "Не видали, бает, ребята, воронова коня? Больно, бает, коня жалко, конь -- как огонь. Кто бы со мной пошел того коня розыскать?!" -- Ефимко у меня прыткой живет... Вскочил было итти, да я его за руку цап... -- "Нет, мол, добрый молодец, не рука нам с тобой итти. Ступай себе". Ушел он, а я Ефимке и баю: "Не видишь, с кем итти было похотел? Погляди: на нас рубахи-те мокрехоньки, даром что в шалашике сидели, а на нем капельки не кануто, весь сухой. Это что значит?" -- "Верно! -- говорит Ефимка, -- а мне, мол, и ни к чему... Ах ты, нечистая сила!.. Дай-ко, говорит, я его между плеч из оружья шарахну..."

            -- Бесстрашной...

            -- Только стал он ружье крестить, как тот парень из глаз пропал... Песни слышно, -- самого не видать...

            -- Страсти какие... Я бы, кажись, тут бы и помер, -- говорит из-за мачты молодой, почти ребячий голос.

            -- Да, лесное дело, известно... не на селе...

            -- Неужели, -- спрашиваю я, -- так вот Ефимко и выпалил бы, если бы не замешкался?..

            -- Ефимко-то?.. Выпалил бы...

            -- Да что на него глядеть?.. Дело видимое...

            -- Рубашка-то... она ведь указывает...

            --- Дело ясное...

            Пароход приближается к крутому яру и идет вдоль темного бора... Бор стоит весь в тени... В нем ходят таинственные шорохи, и кажется, что где-то в чаще идет другой пароход и также часто шлепает колесами. И оба парохода -- и наш и чужой -- точно притаились и чутко сторожат друг друга.

         

      4

           

            Свисток, за ним другой вспугивают молчание ночи, и кажется, что от этого звука, такого заурядного на Волге, здесь вздрагивают даже берега.

            Пароход делает легкий поворот, и на нас надвигается крутой яр левого берега. Над обрезом этого яра виднеется клок неба, еще не поглощенный разрастающейся тучей. На проплывающем облачке угасают последние, слабые отблески. Какие-то темные фигуры фантастически рисуются в вышине над косогором.

            Это -- черемисское Юркино. Пароход будет грузить дрова, а фигуры на берегу -- черемиски из деревни, пришедшие по свистку с носилками для грузки. Таким образом, услуги артели оказались излишними. На верхней и на нижней палубе слышно угрюмое ворчание бурлаков, которых напрасно поманили заработком.

            Оказывается, еще не поздно. В деревне огни, хотя на реке казалось, что уже глубокая полночь. Небо все затянуло. Туча густеет, вдали неясно гудит гром, и над лесами

 

Фотогалерея

Korolenko 17
Korolenko 16
Korolenko 15
Korolenko 14
Korolenko 13

Статьи
















Читать также


Повести и Рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Знакомы ли Вы с творчеством Короленко?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту